Украинская община Крыма приняла участие во всероссийской акции "В гости к ветерану"

Председатель РНКА «Украинская община Крыма» Гридчина Анастасия посетила Ходыреву Лидию Петровну, узницу концлагеря, в рамках Всероссийской акции «В гости к ветерану» организованный Федеральным агентством по делам национальностей. 

В рамках 80-й годовщины Победы в Великой Отечественной войне Дом народов России проводит Всероссийскую акцию «В гости к ветерану». Акция проводится с 10 апреля по 10 мая по всей России. Многонациональный народ России посетит ветеранов Великой Отечественной войны, жителей блокадного Ленинграда, детей войны и бывших узников фашистских концлагерей.

Вот что Лидия Петровня помнит о своем детстве:

Родилась в Белоруссии, г. Могилев, — так записано в справке Красного креста и в документах, полученных из Германии. Отец — Завьялов Петр, больше ничего не помню; мать — Завьялова Нина Николаевна, год рождения не знаю. Говорят, что запоминаются самые трагичные моменты. Вот и моя память сохранила воспоминания моего детства.
Перед самой войной в нашей семье родился мой брат. Назвали его Николаем, как дедушку. Но радость была недолгой — началась война. Отец был военным и сразу уехал в свою часть. Больше я его не видела. Были сильные бомбежки, дом наш сгорел.
Помню, как мы с мамой и другие люди шли по дороге, а вдоль дороги с обеих сторон лежали мертвые наши солдаты. Лица их были закрыты ветками. Когда мы переходили через мост, он был разрушен — началась бомбежка. Меня ранило в шею, больше ничего не помню. Мы жили в разных местах, в каких-то селах. Потом нас угнали в Германию. Было очень холодно. Скорее всего, это был конец 1942 года или начало 43-го. В Германии мы находились в каких то лагерях. Там были женщины с детьми, много умирало, умер и мой маленький братик. Затем мы оказались в городе Герлиц, в тюрьме. Сколько там находились — не помню. Мама все время плакала. В один из дней меня увели из камеры. Больше я маму никогда не видела, нас разлучили навсегда. Я оказалась в детском католическом приюте. Там была больница, и в этом приюте были дети-калеки. Когда фронт приближался к городу, нас всех увезли на юг, в Баварию, а когда война закончилась, девочек вернули в Герлиц. Там я находилась до апреля 1946 года. В один из дней меня вывели на площадку. Внизу стоял русский офицер, широко расставив руки, и что то говорил. По-русски я уже ничего не понимала, помнила только отдельные слова. Тогда офицер поднялся по лестнице, взял меня на руки и понес в машину. Я жила у коменданта города Герлица. К сожалению, ни имени, ни фамилии его я не помню. Помню, был у него ординарец, звали его Миша. Он меня и еще одну девочку, Верочку Водяницу (ей было три года), отвозил в фильтрационный лагерь ПФЛ — 232 (Франкфурт на Одере), где был детский дом для сирот. В июне месяце нас всех эшелоном № 50378 отправили на Родину. Нас сопровождали военные, с нами были медики. Детей было около 45, а может, и больше.
Нас привезли в Крым. Сначала — в Симферополь, а затем школьники были отправлены в Алуштинский детский дом, дошкольники — в Битакский детдом, а самые маленькие в дом малютки. Через год дошкольники были переведены в Алуштинский детдом. Так мы снова оказались все вместе. Оказавшись среди русских детей, я очень быстро вспомнила родной язык.

"Всегда с большим трепетом и уважением встречаюсь с уважаемой Лидией Петровной, человеком невероятной силы духа и стойкости. Ее жизнь – это свидетельство трагических событий Великой Отечественной войны, и вместе с тем, пример мужества и оптимизма, которые не сломили ее даже в самых нечеловеческих условиях", – отметила Анастасия Гридчина. 

Крепкого здоровья и долгих лет жизни Лидии Петровне.